За лайки сажают в тюрьму


Истории россиян, осужденных за лайки

В России всерьез обсуждают смягчение «экстремистских» статей, в частности — отмену уголовной ответственности за лайки и репосты в соцсетях. Оно и не удивительно, ведь эту тему во время прямой линии президента поднял Владимир Путин. Одно из предложений — заменить уголовную ответственность на административную за первое нарушение закона. Такие изменения уже обсуждают в Госдуме. А глава управления по противодействию экстремизму МВД России Владимир Макаров заявил, что сажать людей за лайки и репосты нельзя, если в их действиях нет злого умысла. Пока же сетевым экстремистом можно стать без всякого умысла, для этого и лайкать ничего не надо. «Лента.ру» пообщалась с людьми, которых отправили под суд из-за их активности в соцсетях.

«Я до сих пор не понимаю, почему они выбрали меня»

Евгений Корт, Зеленоград. На момент возбуждения уголовного дела был выпускником колледжа, поступал в Московский лингвистический университет. В 2016 году был приговорен к году колонии-поселения за картинку с Тесаком, которую он сохранил у себя в альбоме «ВКонтакте»; позже приговор был изменен на штраф в размере 200 тысяч рублей:

Если был бы такой рейтинг, то я занял бы одно из первых мест, как крайне законопослушный человек. Бывал и понятым, и вместе с другом спас жизнь человеку, когда он ночью лежал с ножевым ранением, и мы на него натолкнулись. Я ни разу не привлекался, даже административно.

Но случилось так, что в апреле 2016 года, когда я проснулся и готовил себе завтрак, ко мне в дверь постучались полицейские. Я увидел в глазок очень много людей. Я открыл им, сначала не понимал, что происходит, но они сразу сказали, что в отношении меня возбуждено уголовное дело и начали проводить обыск. Я сразу попытался позвонить брату, мне казали — «а ну быстро положь телефон!» и вообще действовали пипец жестко.

Когда пришел мой брат, а меня увезли в следственный отдел, его стали допрашивать. Он был после тяжелой аварии, перенес серьезную черепно-мозговую травму, и вообще во всем, что касается юридических моментов — полный ноль. Он даже не читал документы, которые ему дали, и подписал их. Там такой [******] был написан! Например, что я несколько раз говорил, что во мне течет кровь Гитлера. На суде он, конечно, сказал, что такого не было. Но суд, по-моему, отказался учитывать его слова.

Звучит как бред? А если я вам скажу, что прокурор на суде зачитал даже мой статус во «ВКонтакте» — а-ля «Продам гараж»?

Но до суда еще было далеко. Меня повезли в следственный отдел и даже не говорили, что за дело возбуждено. Потом, мол, узнаешь. Уже в отделе дали несколько распечатанных документов, в которых были мои «сохраненки». Мне объясняют: вот, смотрите. И там картинка, на которой Тесак (националист и лидер запрещенной в России организации «Реструкт» Максим Марцинкевич, — прим. «Лента.ру») держит человека в костюме Пушкина за грудки. «Из-за вот этого вы возбудили уголовное дело?!» — спросил я. Мне на полном серьезе ответили — «да».

Очень важно, что у меня был даже не репост, а сохраненная картинка. Именно после моего дела «ВКонтакте» закрыли альбомы с сохраненными изображениями по умолчанию. Вряд ли это совпадение.

Закон «О противодействии экстремистской деятельности» дает достаточно широкое понятие экстремизма. Лайками и репостами в соцсетях можно получить обвинения по следующим пунктам:

— публичное оправдание терроризма;— возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;— пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;— пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

— публичные призывы к осуществлению указанных действий либо распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

У меня спрашивали — как я отношусь к нацизму, к Тесаку. В СМИ потом писали, что я симпатизирую нацизму и фашизму, что я играю в World of Tanks за Вермахт. Но на самом деле я просто сохранял к себе в альбом картинки. Там были и солдаты Вермахта, и я не вижу в этом ничего плохого. К самому нацизму я отношусь отвратительно — это убийство людей, это война. Если кто-то считает меня фашистом или нацистом из-за того, что я сохранял картинки — пусть думают, что хотят. Я же не постил свастоны, призывы какие-то, не реабилитировал фашизм?

Мне помогли нанять очень хорошего адвоката, который ознакомился с делом и сказал, что никакого приговора, кроме оправдательного, быть не может. Мне стало полегче, и я до последнего не верил, что может быть реальный срок, даже когда обвинитель попросила два года лишения свободы. Почти никакие мои ходатайства не принимались, и адвокат что-то, видимо, понял, и сказал — ко дню приговора привлекать СМИ.

Судья зачитывал приговор очень быстро. Я все еще думал, что максимум будет условный срок, и я это переживу. Услышал «один год». Не услышал «условно». Я переспросил. Этот момент я запомнил на всю жизнь. «Евгений, вам назначен один год заключения с отбыванием в колонии-поселении». За картинку в интернете год колонии? Это была полная жесть. Я понимал, что могу сейчас отправиться на зону, но ведь я ни тогда, ни сейчас не считал себя виновным.

Когда пошли новости о приговоре, мне писали многие друзья — не верили, что такое возможно. Через два месяца после апелляции мне изменили приговор на 200 тысяч штрафа, которые помогли выплатить «Открытая Россия» и неравнодушные люди.

Еще в самом начале, когда меня привезли в прокуратуру Зеленограда, там был прокурор, который мне говорил очень серьезным тоном, «чего ты фигней какой-то занимаешься, офигел что-ли?» А потом, когда я появился на «Первом канале», и там депутат от КПРФ Сергей Шаргунов обещал сделать запрос, прокуратура Зеленограда выслала апелляционное постановление, в котором говорилось, что они сами выявили какие-то нарушения, и вообще, год колонии — слишком сурово. Вот это все одна и та же прокуратура.

Прошло уже два года, и я до сих пор не понимаю, почему они выбрали меня. Первые день-два после приговора были самыми жесткими. Давление скакало и так далее. Я хотел поступать в очень хороший университет в Москве, сдал туда экзамены, но, видимо, из-за этой ситуации меня не приняли. Вот, что самое обидное. Не считая, что я год жизни потратил на все эти экспертизы, допросы и суды.

«Надо было меня привлечь»

Юрий Иванов, адвокат, Чебоксары. В 2018 году был оштрафован на 1000 рублей за то, что в 2014 году сделал во «ВКонтакте» репост статьи портала «Православие и Мир» — «Вторая мировая. Первые залпы», в иллюстрациях к которой была карикатура на Гитлера со свастикой (сейчас она заретуширована):

В январе 2018 года, а именно тогда на моей стене в ВК был найден репост трехлетней давности, я работал по договору в штабе Навального. Конечно же работа в штабе подразумевала определенный риск, однако именно эту публикацию, которую я репостнул 1 сентября 2014 года, я никак не рассматривал, как возможный повод для привлечения к административной ответственности. Ну, во-первых, я давным-давно забыл про нее, во-вторых, материал был размещен на портале «Православие и мир», который не относится к так называемым оппозиционным СМИ, и никаких дискуссий в инете этот материал не вызывал. Обычный текст к дате.

Кстати, он до сих пор вполне спокойно висит на портале.

Обнаружили репост статьи оперативники ФСБ. Ну тут два варианта: либо они целенаправленно искали что-то подходящее на моей странице в ВК, чтобы привлечь сотрудника штаба Навального, либо постоянно мониторили страницу и отмечали подходящие им материалы, чтобы в нужный момент использовать их. Учитывая, что я довольно активно репостил в ВК, операм пришлось посидеть пару деньков, чтобы что-то накопать на меня.

В общем, где-то 30 января мне позвонил помощник прокурора и сказал, что имеется на меня материал из ФСБ, и мне надо подойти дать объяснения. Я сходил, посмотрел скрин публикации, чтобы хоть понять, о чем вообще речь. Написал пояснения по факту, где указал уже на юридическую несостоятельность претензий. Прокурорский взял паузу на неделю, чтобы посоветоваться со старшими товарищами. Они дополнительно к позиции начальства, учитывали, что я адвокат, думаю, «прощупывали», пройдет ли дело через суд. Разумеется, «простого» гражданина по такому делу отправили бы в суд на следующий день.

Ровно через неделю этот же помощник прокурора позвонил мне и сообщил, что все же решено дело направить в суд, чему я конечно же не удивился.

9 февраля дело рассматривалось в районном суде. На все про все — ушло около получаса, судья спешил и нервничал, когда я заявлял ходатайство. В общем, недолго побыв в совещательной комнате, огласил — штраф 1000 рублей. Постановление я обжаловал, но его, разумеется, оставили в силе, хотя на момент «совершения» действовала более мягкая норма этой статьи, а место «совершения» установлено не было.

По большому счету лично я никаких последствий не ощутил, за исключением того, что один год буду считаться административно привлеченным, но это меня никак не напрягает.

А вот сама тенденция, конечно же, крайне неприятная, и иначе, как попытка власти заставить людей замолчать, рассматриваться не может. Конечно, политических активистов это не остановит, а вот люди из категории «неравнодушных», которые привыкли реагировать на события, высказывать свои мнения, они, конечно же, стали осторожнее. Но большинства населения эти меры не коснулись. Они либо не постят ничего, что могло бы повлечь 20.3 КоАП, либо попросту не знают об ответственности за перепосты.

Сейчас в МВД говорят, что они против ответственности за репосты. Но здесь позиция неоднозначная. Руководству МВД, которое отвечает не только за борьбу с «экстремизмом», наверное, действительно нет резона, чтобы сотрудники «вздували» показатели в отчетности таким путем, требовали расширения штатов, выделения средств и т.д. Ведь МВД надо и остальными преступлениями заниматься. А вот непосредственным исполнителям — «эшным» операм и их непосредственному начальству — эта практика очень выгодна — быстро, без беготни и усилий можно срубить «палки».

Поэтому к заявлению Макарова из ГУ по противодействию экстремизму я отношусь с большой долей скепсиса. Думаю, что ситуация в ближайшем будущем не изменится, потому что позволяет бороться с инакомыслящими, причем делать это избирательно — кого надо привлечем, а если человечек нам неинтересен — то и не будем. Автора упомянутой выше статьи никто же не привлек и статью не потребовали удалить, значит, дело-то не в статье, а в том, что надо было меня привлечь. Поэтому ситуация может измениться только тогда, когда у власти не будет необходимости в репрессиях, а когда это наступит — одному Богу известно.

«Жизнь моя изменилась»

Екатерина Вологженинова, мать-одиночка, Екатеринбург. В 2016 году была приговорена к 320 часам исправительных работ за репосты и лайки проукраинских текстов и картинок:

Я, конечно, сразу поняла, что все серьезно, и очень. Когда еще происходил обыск, и меня отвезли на допрос в следственное управление, я поняла, что жизнь моя изменилась, и прежней уже не будет.

Следователи, которые занимались моим делом, были похожи скорее на исполнителей, понимающих весь абсурд дела, но над ними довлели силы тех, кто спустил это сверху. Скорее всего, ФСБ. Кто-то был косвенно заинтересован в погонах и звездочках, в положительной отчетности по делам об экстремизме.

О каких разговорах с ними может идти речь? Что им сказать? Они ж винтики в системе. А тех, кто выше них стоит, сломанные судьбы не волнуют. У нас в стране миллионы людей сгноили в лагерях. О чем вы?!

Поэтому и о возможности смягчения наказания думаю со скепсисом. Сейчас только все ужесточают.

Жизнь моя входит в прежнее русло, но очень медленно и болезненно. Больше всего эти события повлияли на возможность трудоустройства. Судимость, все же.

Очень помогла поддержка, которая шла отовсюду — незнакомые люди писали, слали подарки. В общем, было такое чувство, что поднялась вся страна, и хороших людей в ней больше, чем плохих. Дело, конечно, повлияло на отношение людей ко мне. Настоящие друзья как были, так и остались рядом. Друзья-однодневки испарились. В принципе я встретила больше сочувствия, чем осуждения и от незнакомых людей.

Все, что произошло со мной, конечно же, меня изменило. Вырастило, закалило и заложило какие-то духовные стержни, что-ли… Наверно, Бог сам выбрал мне такую стезю. О том, что со мной произошло, я собираюсь написать книгу.

***

За последние шесть лет приговоров за экстремизм в России стало в четыре раза больше. В 2017 году по экстремистским статьям к ответственности привлекли 604 человека. Причем это официальная статистика судебного департамента при Верховном суде. Однако правозащитники уверены, что эта цифра серьезно занижена. Как минимум в нее не вошли люди, получившие судимости за оскорбление чувств верующих, пропаганду терроризма и реабилитацию нацизма.

Более половины осужденных за экстремизм — это молодые люди до 25 лет, среди которых националисты, люди проукраинских взглядов и исламисты.

В МВД не скрывают, что в борьбе оперативников с экстремистами случаются ошибки, однако, как заявлял замначальника профильного управления МВД России Макаров, «эти ошибки — небольшая доля».

В информационно-аналитическом центре «Сова» считают, что в 2017 году 26 приговоров по экстремистским статьям были вынесены неправомерно, от них в общей сложности пострадали 47 человек.

Владимир Шумаков

lenta.ru

Репостнул, лайкнул — в тюрьму

Госдума в третьем чтении приняла законы о регулировании работы мессенджеров и запрете средств обхода блокировок сайтов. В соответствии с первым документом администрация сервисов будет обязана устанавливать личность пользователей по номеру телефона, а также ограничивать передачу сообщений. Второй закон предусматривает блокировку анонимайзеров и VPN, которые предоставляют доступ к заблокированным Роскомнадзором сайтам. Одновременно депутаты приняли в третьем чтении закон об усилении уголовной ответственности за склонение к самоубийству.

Кроме того, группа парламентариев от «Единой России» внесла в Госдуму документ, который обязывает соцсети удалять противозаконную и недостоверную информацию по заявлению пользователей. За недобросовестную модерацию сайтам грозят штрафы до 50 млн рублей. Правда, выяснилось, что документ практически списан с решения немецкого Бундестага, принятого в конце июня 2017 года. Законопроект сняли с рассмотрения и внесут заново в Госдуму уже в новой редакции.

Геи могут спать спокойно

Это не первый случай, когда российские депутаты отсылают к зарубежному опыту. Зачастую заявления народных избранников, провластных СМИ и блогеров звучат в духе «у них там еще хуже». Корреспондент «Росбалта» исследовал западный опыт и выяснил, почему и те, и другие, мягко говоря, лукавят.

Угрозы президенту и арест за лайки

Довольно часто от сторонников жестких мер против Интернета звучит аргумент о том, что в США невинного гражданина могут посадить за обычный лайк в соцсети. Такие прецеденты действительно были, однако все эти истории не столь однозначны, как могло бы показаться на первый взгляд.

Так, в 2014 году популярного радиоведущего из Мемфиса арестовали за лайк под статусом бывшей подруги в Facebook. В действительности же девушка обладала так называемым «защитным ордером», который запрещал экс-ухажеру предпринимать попытки общения и приближаться к ней на определенное расстояние. В этом же году СМИ сообщили о том, что «полиция США продержала подростка 19 месяцев в колонии за лайк». Правда, в тех же заметках указывалось, что юношу заподозрили в связи с одной из гарлемских банд. Основанием для этого стал тот самый лайк, а также то, что брата фигуранта арестовали за нелегальное владение оружием.

Вообще в США еще в 2013 году суд приравнял лайк на Facebook к выражению свободы слова. А значит, право на лайк в США защищает первая поправка к Конституции.

Telegram станет линией фронта

Также СМИ неоднократно сообщали об арестах американских граждан за нелестные высказывания в адрес американского президента. Однако в США нет закона о защите чести и достоинства главы государства. Более того, в отличие от России федеральное законодательство Соединенных Штатов не рассматривает подобное как уголовное преступление. При этом в нескольких штатах за клевету действительно можно отправиться под арест. И здесь Россия явно смотрится более свободной и демократичной. Уголовный кодекс предусматривает наказание до 5 млн рублей или обязательные работы на срок до 480 часов. И никаких посадок.

Немного другая ситуация с так называемыми «высказываниями ненависти». Та самая 282 статья российского УК. Посчитать, сколько людей получили наказания за возбуждение ненависти хотя бы за год, не представляется возможным — ГАС «Правосудие» не дает такой статистики. Однако, по словам экспертов, в последние годы количество приговоров по делам, связанным с публикациями в Интернете, постоянно увеличивается.

«Сегодня все чаще встречаются дела по ст. 282 УК РФ в связи с возбуждением ненависти или вражды к социальной группе. Проблема в том, что как таковое понятие „социальная группа“ нигде не определено, что позволяет подводить под эту норму даже записи, в которых содержится критика сотрудников правоохранительных органов и так далее. То же самое и с сепаратизмом — любое публично выраженное мнение о возврате территории или об отделении регионов РФ приводит к уголовному преследованию, причем, далеко не во всех этих высказываниях можно увидеть действительно призывы к каким-либо действиям», — сказал «Росбалту» председатель третейского суда Москвы и Московской области, адвокат Олег Сухов.

Книги потянули на условные четыре года

Примеров, когда в РФ людей сажали за репосты, а также записи или комментарии в соцсетях, — масса. Судьи выносили обвинительные приговоры с разной аргументацией — от «неприязни к гражданам, проживающим на территории ДНР и ЛНР», до приравнивания к экстремизму заявления о том, что Крым входит в состав Украины.

Апофеозом стало ставропольское дело за фразу «Бога — нет». Впоследствии, к счастью, это производство было прекращено в связи с истечением срока давности.

Но и на Западе можно легко отправиться в колонию за репост. Правда, совершенно определенный — связанный с оправданием терроризма. Так, в 2015 году в американском штате Огайо за репост гифки с ИГИЛ (организация запрещена в РФ) был арестован 25-летний мужчина. Его обвинили в попытке добиться убийства американских военных.

В Европе одним из самых жестких является Уголовный кодекс Германии. Документ предусматривает ответственность за клевету, отрицание Холокоста, богохульство, пропаганду антиконституционных организаций и так далее. За оскорбление церкви там можно отправиться в колонию на три года. В ЕС богохульство также запрещено в Италии, Испании, Польше, Норвегии и ряде других стран.

Всех не заблокируешь

По словам Олега Сухова, в Европе возбуждение ненависти к представителям какой-либо общности считается серьезным преступлением.

«В законодательстве большинства европейских стран содержатся нормы, которые запрещают так называемые „высказывания ненависти“, то есть возбуждающие национальную, расовую, религиозную вражду и так далее. Подход к пресечению таких высказываний очень жесткий. В США подход к подобным высказываниям другой — там в приоритете первая поправка к Конституции, защищающая свободу слова. Однако в США преступления, которые совершены по подобным мотивам, наказываются более строго», — отмечает Сухов.

«Машина только раскручивается»

Чуть больше года назад Владимир Путин подписал комплекс «антитеррористических» законопроектов, который расширил полномочия правоохранительных органов, обязал операторов связи хранить звонки и сообщения абонентов, ввел ответственность за недоносительство, увеличил сроки за экстремизм. СМИ назвали эти поправки «пакетом Яровой» по фамилии одного из инициаторов — депутата Госдумы Ирины Яровой — и подвергли массовой критике. В марте не выдержал даже Владимир Жириновский, назвавший закон «сверхдурацким». Случилось это после того, как воспитательницу Евгению Чудновец приговорили к шести месяцам колонии за репост во «ВКонтакте».

Однако дело Чудновец напрямую не связано с «законом Яровой», отмечает директор аналитического центра «Сова» Александр Верховский.

Между тем, по его словам, практика преследования людей за высказывания и публикации (в том числе репосты) в соцсетях расширяется с каждым годом.

Семь причин, по которым принимаются законы против Интернета

«Количество такого правоприменения действительно поражает. Так же, как и качество. Когда человек делает репост на своей странице, он фактически цитирует высказывание. Но тогда суд должен оценить, с какой целью он сделал репост. К сожалению, судами это очень плохо оценивается — на контекст они вообще не смотрят. Также появились случаи, когда людям на стене написали комментарий, и те подверглись уголовному преследованию. Но это вообще противозаконно, потому что отдельный пользователь не несет ответственности за чужой комментарий. Это постоянная машина, которая только раскручивается», — считает Верховский.

По данным центра «Сова», только в 2016 году за экстремистские высказывания были осуждены около 500 человек. Из них 85% — за публикации в Интернете. Из числа последних — почти все отметились во «ВКонтакте».

«У нас и судят в основном за публикации в этой соцсети, поскольку спецслужбы, даже по статистике, особенно следят за этим сайтом. На остальные соцсети приходятся крохи. Поэтому совет может быть очень простым: чтобы обезопасить себя полностью, лучше не пользоваться „ВКонтакте“», — заключил Верховский.

Никита Кочетов

www.rosbalt.ru

Как в России сажают за лайки и репосты

AP: Десятки человек по всей стране судят и садят в тюрьмы за активность в социальных сетях.

Анастасия Бубеева показывает на компьютере изображение тюбика зубной пасты со словами «Выдави из себя Россию!». Ее мужа приговорили к двум с лишним годам тюрьмы за то, что он поделился этим рисунком с двенадцатью друзьями в социальной сети.

Кремль заявляет о безоговорочной поддержке своей внутренней и внешней политики со стороны россиян. В то же время на рядовых пользователей социальных сетей, размещающих противоречащие официальной позиции материалы, ведется откровенная охота. В этом интересы Кремля совпадают с интересами следователей, которым приходится отчитываться о высокой раскрываемости преступлений такого рода. Сам Кремль от комментариев отказывается.

В прошлом году за пропаганду ненависти в тюрьму отправилось по меньшей мере 54 человека, большинство из них — за записи и репосты в социальных сетях. По оценкам московского центра «Сова», занимающегося проблемами прав человека, национализма и ксенофобии в России, за пять лет число осужденных выросло почти в пять раз. Общее число приговоров за разжигание ненависти увеличилось с 92 в 2010-м до 233 в 2015-м.

Российский закон 2002 года определяет экстремизм как деятельность, направленную на подрыв национальной безопасности или конституционального порядка, восхваление терроризма или расизма, а также призывы к подобной противоправной деятельности.

Расплывчатость формулировки и широкий спектр деяний, подпадающих под определение экстремизма, позволяют преследовать большое количество людей, начиная от явных экстремистов или националистов и заканчивая пользователями социальных сетей, чьи публикации признаются «опасными» для общества. В итоге суду приходится решать, представляют ли их сообщения во ВКонтакте опасность для страны, или нет.

В феврале 2014-го, в разгар проевропейской революции на Украине, Владимир Путин подписал закон, ужесточающий ответственность за ненасильственные преступления экстремистской направленности, такие как разжигание национальной ненависти. В июле того же года, через три месяца после присоединения Крыма, президент подписал закон, согласно которому призывы к «уничтожению» территориальной целостности России наказываются сроком до пяти лет лишения свободы. Новая поправка ужесточает ответственность за отрицание права России на Крым, если оно было сделано в СМИ или интернете (даже в закрытой учетной записи).

Алексей Павлишак/ТАСС

Большинство пользователей были осуждены за критические замечания по поводу участия России в конфликте на Украине. Статьи и рисунки такого содержания распространял и муж Бубеевой, 40-летний электрик из Твери. Его адвокат, Светлана Сидоркина, говорит:

«Андрей Бубеев считает, что его приговор призван служить предупреждением другим гражданам: не выражайте свое мнение публично».

Все свободное время Бубеев проводил в интернете, публикуя ссылки на различные статьи на своей странице во ВКонтакте и участвуя в политических дебатах на местных новостных сайтах, рассказывает Анастасия.

Весной 2015 года он уехал работать в сельскую местность. Следователи не смогли дозвониться до него по телефону и объявили в розыск как подозреваемого в экстремизме. Когда Бубеев приехал на дачу к жене и сыну, команда спецназа ворвалась в дом и арестовала его.

Сейчас его жена вместе с 4-летним сыном живет в скудно обставленной квартире на первом этаже унылого многоквартирного дома советской эпохи. После ареста мужа Анастасии Бубеевой пришлось уйти из медицинской школы, поскольку ребенка было не с кем оставить. Малыш до сих пор носит глазную повязку — напоминание о травме, полученной во время штурма.

Через несколько месяцев после ареста Бубеева признали виновным в разжигании ненависти к русским и приговорили к тюремному заключению сроком на один год. Ему вменялось распространение статей, фотографий и видео украинских националистических групп, в том числе членов батальона Азов, сражающихся с сепаратистами в восточной Украине.

В одной из статей рассказывалось о могилах русских солдат, погибших на Украине, а в видео Россию называли «фашистским агрессором», сопровождая это видеорядом российских танков, якобы пересекающих границу с Украиной.

Менее чем через две недели после вынесения приговора Бубелеву были снова предъявлены обвинения. В этот раз ему вменялись призывы к «актам экстремизма» и «действия, подрывающие территориальную целостность России». На своей странице он опубликовал рисунок тюбика зубной пасты и статью публициста Бориса Стомахиина «Крым — это Украина», призывающую к военной агрессии против России. Жена Бубелева рассказывает:

«Он интересовался политикой, читал новости, делился материалами, но делал это только для себя, словно собирал вырезки из газет. Страница Андрея не была популярной — у него было всего 12 друзей. Он явно не мог ни на кого оказать негативное влияние».

За новыми обвинениями последовала изобличающая передача на местном телевизионном канале «Тверской проспект». В программе показали анонимного блогера, который жаловался на пользователей социальных сетей, симпатизирующих украинским националистам и «готовых поддержать переворот в России, взяться за оружие и убивать людей — как это делали нацисты». Утверждалось, что именно его жалоба послужила поводом для возбуждения уголовного дела против Бубеева.

6 мая инженер-электрик был приговорен к двум годам и трем месяцам заключения в колонии-поселении. В том же месяце суд Астрахани приговорил мужчину к двум годам в тюрьме за призывы в социальных сетях бороться с «оккупационными войсками Путина».

В декабре прошлого года в Сибири мужчина был осужден на пять лет лишения свободы за «разжигание ненависти» к жителям восточной Украины в своих видеообращениях. В октябре политический активист был отправлен в тюрьму на два года за несанкционированный пикет и публикации в социальных сетях с критикой в адрес Путина и призывами к южным регионам России присоединиться к Украине.

Статьи, изображения и видео, за которые Бубеев получил срок, были опубликованы на его странице во ВКонтакте, самой популярной социальной сети РФ с 270 млн учетных записей.

Основатель ВКонтакте Павел Дуров продал сайт и покинул Россию в 2014 году, утверждая, что спецслужбы оказывают на него давление и принуждают раскрывать личные данные пользователей, связанных с протестными движениями на Украине. В настоящее время ВКонтакте контролируется медиахолдингом лояльного к Кремлю миллиардера Алишера Усманова.

Глава центра «Сова» Александр Верховский говорит, что примерно половина дел по разжиганию ненависти связана с публикациями во ВКонтакте — возможно потому, что полиции проще взаимодействовать с администрацией российской соцсети, нежели с ее зарубежными аналогами.

Защита Бубеева утверждала, что настройки приватности позволяли видеть сообщения на его странице только 12 друзьям. Адвокат Сидоркина призналась, что не понимает, каким образом спецслужбы смогли просмотреть его записи, не имея доступа к учетной записи.

В 2000-х годах Россия столкнулась со всплеском нападений на выходцев из Средней Азии. Число подобных преступлений резко снизилось после того, как десятки неонацистов получили длительные тюремные сроки за экстремизм.

Правые активисты и адвокаты, работавшие с делами об экстремизме, говорят, что снижение числа насильственных преступлений на почве межрасовой ненависти заставляет полицию и следователей преследовать людей за ненасильственные преступления.

Таким образом демонстрируется успешная статистика по борьбе с экстремизмом.

В опубликованном в прошлом месяце 23-страничном докладе об антиэкстремистском законе московский Центр экономических и политических реформ пишет, что по большинству подобных дел виновные были приговорены к штрафам или краткосрочным заключениям. Цель полиции очевидна — улучшение статистики по раскрываемости.

Но с ростом напряженности в отношениях с Украиной суды по всей России начали приговаривать все большее число людей к длительным тюремным срокам за разжигание ненависти, говорится в докладе.

Многие подобные приговоры действительно вынесены за материалы, законность которых вызывает сомнение. Однако тяжесть наказания не соответствует уровню угрозы, считает Верховский. Он говорит:

«Все эти дела совершенно условны, поскольку в интернете полно людей, которые делают то же самое. Подобное правоприменение на самом деле не ставит целью борьбу с радикальной деятельностью. Никто не знает, где проходит красная линия: это рулетка».

ru.ihodl.com

За лайки и репосты сажать в тюрьму будут не сразу

Президент России Владимир Путин внёс на рассмотрение Государственной Думы законопроект, предполагающий смягчение наказания за преступления, предусмотренные статьёй 282 УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства».

Президент предлагает исключить случаи привлечения к уголовной ответственности за деяния, совершенные однократно и не представляющие серьезной угрозы для основ конституционного строя и безопасности государства.

В новой редакции, указанные в части первой этой статьи деяния, будут признаваться уголовно наказуемыми в случае, если они совершены лицом после его привлечения к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года.

Как говорится в сопроводительной записке к законопроекту, «не во всех случаях привлечение к уголовной ответственности за деяния, предусмотренные частью первой статьи 282 „Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства“ Уголовного кодекса Российской Федерации, является обоснованным».

Ранее «СП» сообщала, что в Тюменской области суд признал местного жителя виновным по части 1 статьи 282 УК и приговорил его к 1,5 годам условного лишения свободы за то, что в 2016 году он разместил на своей странице в соцсети «ВКонтакте» песню «Я русский», которая «содержала косвенный призыв уничтожать представителей народов Кавказа и Средней Азии, возбуждать вражду и ненависть к лицам, исповедующим ислам».

Читайте также

Пенсионная реформа: Даже в 1941-м щадили стариков

Совет Федерации беспощадно протащил грабительский закон, президент подписал

А, к примеру, Андрей Касаткин из Самары добавил к себе на страницу «Вконтакте» карикатуру с персонажем из советского мультфильма «Шайбу, шайбу». Вместо клюшки мультипликационный герой держал топор, а подпись явно носила прокационный характер. За это суд приговорил его 27 сентября 2013 года к принудительному психиатрическому лечению.

А Анатолий Данилов из Саратова был приговорён к 2 годам лишения свободы за размещения видеозаписей и комментариев в соцсетях.

Главный редактор «Свободной прессы», депутат Государственной Думы Сергей Шаргунов прокомментировал предложенные президентом России поправки. По его словам,

частичная декриминализация 282 статьи УК важна. Поскольку теперь «не будут дебютантов в деле экстрима автоматом зачислять в уголовники».

Шаргунов отметил, что лично принимал участие в подготовке бумаг, которые легли на стол президенту, и подчеркнул, что закон не об ужесточении, а о смягчении ответственности будет принят в нашей стране впервые за долгое время.

«Конечно, я считаю, что в целом 282-я дурна. Но это нужный сигнал — особенно для исполнителей на местах. Хотелось бы прекращения многих уголовок, которые уже есть», — резюмировал главред «Свободной прессы».

Напомним, 7 июня текущего года в ходе программы «Прямая линия» Сергей Шаргунов обратил внимание главы государства на то, что Россия всегда была страной свободомыслия, однако в последнее время участились случаи преследования за резкие высказывания, возбуждаются уголовные дела за экстремизм там, где состава этого преступления нет. Депутат подчеркнул, что он против экстремизма, но порой доходит «до маразма».

Впрочем, пользователи соцсетей пока настроены довольно скептично по поводу предложенных законодательных поправок.

«Теперь по 282 статье УК будут сажать не сразу, сначала дадут административку, потом год нужно молчать, если выдержишь — не посадят. Хотя всегда можно пришить „группу“ и тогда это будет отягчающая часть вторая, по которой нет таких поблажек», — пишет на своей странице в «Фейсбуке» поэт и блогер Григорий Шувалов. «К административке-то легче привлечь, чем к уголовке. А потом типа — пеняй на себя. Мягко стелют…», — считает другой пользователь соцсети.

— Симптом хороший, но сам по себе вопрос очень сложный, — говорит член президиума Совета при президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям Богдан Безпалько. — Проблема не в самой 282-й статье, а в её правоприменении. Эту статью не случайно называют «русской», поскольку в основном по ней осуждались русские граждане России, кто допускал резкие высказывания в адрес других народов или государственной системы. При этом, скажем, публичные высказывания представителей кавказских народов о русском или даже о соседних кавказских народах наши правоохранители в основном не замечали.

Поэтому помимо изменения условий наказания, я бы очень надеялся на изменение правоприменительной практики. В том смысле, чтобы статья перестала быть «русской».

«СП»: — Тут ведь вообще палка о двух концах: с одной стороны, юридически «несмышлёных» молодых людей судят за то, что они не там поставили лайк или поделились сомнительной записью. С другой стороны, не воспользуются ли смягчением люди, скажем так, заинтересованные в усилении деструктивных тенденций?

— Это тоже очень непростой вопрос. Лучше было бы организовать публичные слушания с участием юристов общественных деятелей. Надо, чтобы каждый представил свою точку зрения и даже свой опыт взаимодействия с этой статьёй.

Нет сомнения, что кого-то по этой статье осуждали и справедливо, например, Бориса Стомахина, многократно публично призывавшего утопить русский народ в крови.

Повторяю, в любом случае, лучше всё это перевести в плоскость общественного обсуждения. Тем более, что власть впервые, как мы видим, сделала небольшой шаг в сторону русского большинства, намекает на готовность к компромиссу.

«СП»: — Почему именно сейчас последовал этот намёк?

— Потому что во власти понимают, что надо как-то нивелировать те претензии, которые накопились у общества. Особенно в последнее время участились случаи, когда совсем не экстремистов, а просто эмоциональных молодых людей осуждали за лайк или репост. Это всё следствие не только чьей-то злой воли, но и практики деятельности правоохранительных органов, которые нередко идут по самому простом пути, выискивая формальные нарушения закона среди людей, которые не имеют «крыши». Часто суровому наказанию подвергались люди, которые, в крайнем случае, были должны принести публичные извинения или удалить запрещённый контент. А те политики на местах, кто, как я уже говорил, публично призывали к насилию против другого народа, совершенно избегали наказания. Таким образом, правоохранителям проще демонстрировать результаты своей работы, отчитываться о «достигнутых успехах».

В любом случае хорошо, что власть косвенно обратила внимание на русское большинство. Если это «первая ласточка», которая показывает, что власть решила опереться на это большинство, то это очень хорошо. Поскольку от этого выиграет и власть, и общество.

— Безусловно, решения давно назревшее, важное, — говорит президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. —  Правоприменительная практика, и особенно по 282 статье показывает, что сплошь и рядом люди осуждались под абсурдными предлогами, получали несправедливые приговоры. В том числе — реальные сроки заключения за действия, которые де-факто не являлись общественно опасными.

Что касается внесённого законопроекта, то он подразумевает смягчение лишь в случае первичного привлечения. Вместо уголовной предполагается административная ответственность. Это, наверно, сможет снять остроту проблемы — привлечений случайных людей к ответственности станет меньше.

Читайте также

Власть набила свою подушку безопасности деньгами россиян

Повышение НДС обойдется гражданам в 500 млрд. рублей уже в следующем году

Будет ли достаточно этих корректив, а так же ранее опубликованных Верховным Судом РФ комментариев (в частности, о том, что при вынесении приговора по 282 статье необходимо учитывать личность обвиняемого), чтобы нормализовать правоприменительную практику — не знаю. Покажет только время. Пространство для злоупотреблений остаётся. Но поскольку и следователи, и прокуроры, и судьи очень внимательно относятся к сигналам, идущим от президента России и от вышестоящих инстанций, то есть надежда, что приговоры по 282-й статье станут более сбалансированными и справедливыми.

«СП»: — Что повлияло на внесение законопроекта?

— Общественность, причём представители разных идеологических позиций давно уже говорили о необходимости как-то смягчить 282-ю статью. У меня есть ощущение, что в данном случае импульс законопроекту дали в новом руководстве администрации президента.

Правосудие России: Сергей Шаргунов прокомментировал предложение Путина смягчить наказание «за репосты»

Новости правосудия: Оставленный 2 года назад комментарий в соцсети стал поводом для возбуждения дела

svpressa.ru


Смотрите также